Духовность как нравственная основа личности

В России редко называли рыцарством защиту личной чести, но честь и честность долгое время оставались одним из главных достоинств личности: дворянская дуэль, решавшая вопросы чести, просуществовала до конца 19 столетия; в более низком сословии – купечестве – торговые сделки часто заключались под честное слово, которое было эталоном личного благородства.

Чувством, присущим каждой личности и обладающим огромной творческой силой, К.Д. Ушинский и Н.А. Бердяев считали любовь к родине, патриотизм. Так, выдающийся педагог писал: "Как нет человека без самолюбия, так нет человека без любви к отечеству, и эта любовь дает воспитанию верный ключ к сердцу человека и могущественную опору для борьбы с его дурными природными, личными, семейными и родовыми наклонностями". И, тем не менее, чувство любви к родине, по мнению К.Д. Ушинского, должно постоянно воспитываться, развиваться и обогащаться. Он с откровенной завистью писал о том, что западному человеку – в отличие от русского – присуще глубокое знание своей родины. И потому "нам не мешало бы занять вместо всех прочих одну черту из западного образования – черту уважения к своему отечеству; а мы ее-то, именно ее, единственно годную для заимствования во всей полноте, и пропустили. Не мешало бы нам занять ее не затем, чтоб быть иностранцами, а лишь затем, чтобы не быть ими посреди своей родины". К.Д. Ушинский настойчиво советовал увеличить учебное время для овладения русским языком, историей, географией и другими учебными дисциплинами, помогающими воспитывать любовь к родине. Знакомство с отечеством "должно быть признано такою же необходимостью для каждого человека, как умение читать, писать… это он должен знать, как человек и гражданин, точно так же, как и первые основания своей религии". Подобно К.Д. Ушинскому, Н.А. Бердяев утверждал, что творческий, созидательный потенциал патриотизма должен реализовываться в совершенствовании России, умножении ее – прежде всего – духовного богатства. Но духовное богатство – в неприятии низкопоклонства перед Западом, в исключении преклонения перед любой иностранщиной, унижающей национальное достоинство, лишающей народ самобытности, самолюбия и гордости.