Поэзия Есенина как предмет изучения в литературоведении

В книге Станислава Юрьевича и Сергея Станиславовича Куняевых "Сергей Есенин" прослеживаются сюжетные линии, до сих пор не разработанные в литературе: Есенин и Троцкий, Есенин и Сталин, Есенин и семья Романовых. По-новому освещены взаимоотношения поэта с Зинаидой Райх, Айседорой Дункан и другими спутницами жизни, роль Есенина в становлении русского национализма 1920-х годов.

Л.В. Занковская своей статье "Характерные черты стиля Сергея Есенина" раскрывает характерные черты стиля поэта до революции и после.

По ее мнению "поэтическая речь Есенина развивалась в духе народных традиций. Примером тому могут быть и более ранние произведения на исторические темы: "Песнь о Евпатии Коловрате", "Марфа Посадница", "Ус" и др. Целый ряд фольклорных жанров: былины, частушки, загадки, обрядовые, лирические, исторические песни, сказки и т.д. - получали свою собственную жизнь в его стихотворениях. Многие герои его исторических поэм гораздо ближе к фольклорным прототипам, нежели реально существующим личностям. Его персонажи жизненны, "укоренены". Добро и красота - суть их натуры и их жизни. Крестьянский мир не просто описан Есениным, поэт "заглянул ему в душу" и увидел "нежность грустной русской души", увидел героическое в нем, запечатленное исторической песней и былиной. Патриотизм Есенина глубоко органичен, он тоже - от истоков отцов. В нем отражается все, что составляет его сущность: это мать, родственники, родная земля, "шестая часть земли" - Русь. В "Персидских мотивах" у героя "в душе звенит тальянка", и "как бы ни был красив Шираз, он не лучше рязанских раздолий".

В дореволюционной поэзии Есенина прослеживается прямое воздействие на поэта народной поэтической культуры.

Для этого периода стиля Есенина характерно образование устойчивых эпитетов с помощью существительных (что присуще для народного эпоса) типа: "Схимник-ветер шагом осторожным / Мнет листву по выступам дорожным".

Сердце-вещун, мать-голубица, сокол-ветер, березка-невеста, де вица-вьюга, лес-хороводник, туча-борода, месяц-ягненок и др. - вот далеко не полный перечень излюбленных тропов поэта, попавших к нему из лаборатории народного творчества, секреты которого он знал досконально: "Это все есть у народа, - говорил он. - Мы тут только наследники народа. < . > Это только надо найти, услышать, прочитать, осмыслить".

"Уже в ранних стихах Есенина природа воспринимается как живое существо, способное во всем уподобляться человеку. В мировой и русской литературе метафора - явление едва ли обязательное, но в творчестве Есенина - это особенность его стиля, унаследованная от народно-поэтических традиций.

"Широко использует Есенин также принцип загадки, в 1918 году он создал около 30 стихотворений, в которых почти столько же загадок или близких к ним метафор. А в "Пугачеве" (1921) более 40 построенных по этому принципу образов".

Л.В. Занковская обращает внимание на то, "что в поэтической образности Есенина важное место занимает цветопись; владение этим искусством досталось как драгоценное наследство от устной речевой стихии, от иконописи, "умозрения в красках" (Е. Трубецкой) - источника познаний изобразительных средств, из интереса и внимания ко всем сторонам человеческого бытия, свойственного его художественной натуре. Но главным учителем и кладезем цветовой гармонии для поэта была русская природа: "Я учусь, я учусь моим сердцем / Цвет черемух в глазах беречь".

Его чуткое импрессионистическое мировидение, умеющее постичь значительное в малом, мастерски вычленяло из синкретических картин (они постоянно присутствуют в его поэзии) индивидуальное, не нарушая при этом внутреннего единства:

Там, где капустные грядки

Красной водой поливает восход,

Клененочек маленький матке -

Зеленое вымя сосет.

Зрительное восприятие художника угадывало, улавливало во всем неповторимость, сказочность ("Хаты - в ризах образа"; "Обняв трубу, сверкает по повети / Зола зеленая из розовой печи"). В области световой эстетики Есенину принадлежит, пожалуй, первое место среди поэтов-современников.

Отличительная особенность есенинской цветописи - мажорность, четкость, импрессионистическая точность, осязаемость. Краски у него всегда живые, как все в природе; динамичные, соответствующие даже мгновению, времени суток и месяца; мелодичные, броские, звучащие, что кажется удивительным при почти элегической тональности его стихов.

Богатство есенинского радужного спектра возможно сравнить лишь с красками природы. Поэт оперирует всеми цветами, окружающими его: синим, голубым, золотым, желтым, зеленым, коричневым, черным, белым, розовым, малиновым, вишневым, алым, огненным и т.д. ("О красном вечере задумалась дорога"; "Вечером синим, вечером лунным"; "Алый мрак в небесной черни / Начертил пожаром грань" и др.)".